Рассказ

Петя-чудак

Пожалуй, в каждом селе с давних времен были и есть свои знаменитости, только талант их проявляется по-разному. Кто-то преуспел в плотницком деле, с помощью топора и пилы может поставить избу всем на загляденье, кто-то нашел себя в разведении животных, причем такой продуктивности, что позавидуют и в племенных хозяйствах, у кого-то на огороде растет все, как на дрожжах. А вот Петр Васильевич Кожаев был заядлым охотником, особенно славился он в охоте по пушному зверю, в отлове и отстреле волков, но запомнился он жителям деревн

 

и не только этим, а еще своими чудачествами.

Жил Петр с женой Елизаветой в небольшом домишке, который был самым крайним в улице. Не очень обремененный домашними делами (детей в семье не было), Петр не проявлял особого рвения и в колхозной жизни, изредка выходил на второстепенные работы, большее время проводил около дома, бросая различные советы или просто реплики сельским прохожим.

Огород Кожаевых упирался в здание начальной школы, которая располагалась в старом барском доме на берегу небольшого озерца. Каждое утро мимо дома Петра проходили сельские ребятишки со школьными сумками, и с каждым из них он пытался заговорить, но не все обращали внимание на его болтливость. И однажды он придумал шутку. Проходившим мимо школьникам говорил, что сегодня учительница не придет на работу, мол, накануне вечером она сказала ему, что ее вызывают в район на совещание. Эта весть быстро распространилась среди ребятишек, они с радостью возвращались назад, по дороге предупреждая о незапланированном выходном всех, кто направлялся в школу.

Учительница была в недоумении, когда к началу занятий подошло всего с пяток ребятишек из пятидесяти, которые обучались в то время в четырех классах. Позже она пристыдила шутника, но с того было, как с гуся вода.

Петр не мог прожить без своих чудачеств и дня. Особенно часто он потешался над своей соседкой Ольгой, которая рано овдовела. Звали мужа Яков, и осталась ей от него уличная фамилия – Яшкина. Как-то с вечера Ольга припасла охапку кизяков, чтобы утром протопить печь, предварительно сложив их на крыльце. Петр дождался, когда соседка ушла встречать овец из стада, и в один из кизяков замуровал ружейный патрон, начиненный порохом, этого добра у охотника было достаточно. На следующее утро в избе Ольги случился настоящий переполох, патрон в печи рванул с огромной силой, разметав вокруг несколько чугунов с водой. Хорошо, что патрон не был начинен дробью, шутка могла обойтись дороже.   

Вообще с кизяками на селе связано множество историй, это было основное топливо в удаленном от леса селе, большого труда стоило их изготовить. Кучи навоза заливались водой, масса тщательно измельчалась мотыгами, набивалась в специальные формы (кизяшницы), раскладывалась около домов на просушку, огораживалась кое-как от скотины. Ольга три дня не выходила на колхозные работы, делала кизяки. Руки ее были натружены – ведра с водой она таскала за сотню метров до кизяшницы с сырой навозной массой. Учетчик начал ворчать на нее, нужно было срочно выходить на общественную работу: в поле зарастала сорняками свекла. Ольга вместе с другими женщинами уходила на прополку почти до вечера. В первый же день ее отсутствия Петр насыпал в карман проса и разбросал его по сырым еще кизякам, предварительно тихо поманив: «Цыпа-цыпа-цыпа». Первым на прикорм пришел петух со своим «Ко-ко-ко», на его призыв слетелось и все куриное хозяйство. Что тут началось! Посыпанное сверху просо было склевано, потом куры стали углубляться, расшвыривая сильными лапами обломки кизяка в разные стороны, пока не убедились, что лакомства больше нет. Расстроенная Ольга вечером долго пыталась собрать навоз, придав ему нужную форму, это ей кое-как удалось. Хорошо, что охальник насыпал просо на небольшом участке, иначе хозяйка могла остаться на зиму без топлива.

Ухищрениям Петра не было предела. Раза два он залезал на крышу и затыкал трубу соседки каким-нибудь тряпьем, или клал на верх стекло. Наутро Ольга затапливала печь и начинала задыхаться от дыма. И что характерно, она и подумать не могла, что это выходки соседа, а грешила на сельских ребятишек. К Петру она бежала с жалобой, что в печи нет тяги, и тот, как ни в чем не бывало, спешил на помощь, не забывая при этом намекнуть про магарыч.

Однажды решил построить новый дом сельский учитель Петр Александрович Денисов. Привез из соседнего села сруб и сложил его на берегу речки, здесь же он планировал и поставить свою избу. А пока в крайнем доме жила Евдокия, по-уличному Дракина. Ранним утром по осени она выгоняла скотину в стадо и увидела такую картину: на ее огороде были аккуратно расставлены колышки. Рядом как бы невзначай оказался Петя Кожаев и пояснил, что на этом месте хочет строиться учитель, он и сделал разметку.  Евдокия сначала потеряла дар речи: как это может быть, что на ее огороде, с которого она кормилась всю жизнь, кто-то поставит дом? Казалось, ругани ее не будет конца, и успокоилась она только после того, как тактичный и авторитетный учитель объяснил ей, что это какое-то недоразумение, и дом он будет ставить совсем в другом месте. А довольный своей выходкой Петя стоял в сторонке и улыбался, поглаживая щетинистую щеку.

Продолжались различные проделки и над Ольгой Яшкиной. Одна из них едва не довела ее до сердечного приступа. С вечера Петр пробрался к ней на подловку, вынул кирпич из дымохода и от имени покойного мужа начал говорить в дымоход, как он скучает по мирской жизни, как плохо ему, и попросил, чтобы жена поставила на крыльцо бутылку самогона. Суеверная Ольга сначала спряталась в подпол, потом выполнила просьбу, выставила бутылку и кое-какую закуску. Всю ночь не сомкнула глаз, а наутро чуть свет собралась и пошла пешком за двадцать километров в Алатырь, где поставила в церкви свечку за упокой Якова.  С удовлетворением отметила, что угощения на крыльце уже не было.

До глубокой старости таким образом скрашивал свои будни сельский чудак, внося какое-то разнообразие в деревенскую повседневность. 

Поделиться в Facebook
Поделиться в Twitter
Please reload